Журнал "ОРТОДОКСИЯ - ПРАВОСЛАВНОЕ ОБОЗРЕНИЕ"
Польша.ру > Статьи о Польше
На этой странице помещены материалы из польского православного журнала "ОРТОДОКСИЯ - ПРАВОСЛАВНОЕ ОБОЗРЕНИЕ"
 
RB2 Network
RB2
RB2 Network
    Проблема средств массовой информации национальных меньшинств в странах Центрально-Восточной Европы принадлежит к числу самых злободневных. Не является исключением и нынешняя Польша, где проживает около 1 миллиона восточных славян (украинцев, белорусов, лемков, русских), в основном исповедующих Православие. До последнего времени они не имели своего регулярного массового периодического издания. Его роль отчасти выполняли православные календари, печатавшиеся как митрополией, так и церковными епархиями на польском, русском и украинском языках один раз в год.
    В середине 1980-х гг. в новых, меняющихся политических условиях православная общественность Белосточины (восток Польши) выдвинула идею создания независимого светского православного печатного органа. С инициативой выступили православные белорусы - представители несколькосоттысячного коренного населения, проживающего в этом регионе в течение многих столетий.
Проект стал осуществляться в рамках Христианского Общественного Союза (Chrzescijanskiego Stowarzyszenia Spolecznego), Белостокский воеводский отдел которого, насчитывающий около тысячи православных членов, являлся заметным исключением среди аналогичных отделений всей остальной Польши, бывших по своему составу в основном католическими.
    Вначале журнал носил название "Подляшьский еженедельник" ("Tygodnik Podlaski"), выходил под грифом Христианского Общественного Союза и почти не касался непростых вопросов современной православной жизни Польши. В те годы главный редактор журнала Евгений Чиквин вынужден был констатировать:"Современность слишком сложна, чтобы ее сейчас же отображать".
    С 1991 г. положение быстро меняется. Журнал получает название "Orthodoxia - Православие", становясь одним из самых авторитетных мировых светских православных изданий, в котором доля материалов на актуальные темы все более и более возрастает. Многотысячный тираж журнала расходится не только в Польше, но и в близлежащих государствах, прежде всего в Белоруссии и Украине. Его номера поступают в Россию, их получают подписчики в США, Канаде и ряде других стран.
"Orthodoxiju", получившую в самое последнее время еще одно параллельное заглавие - "Православное обозрение" ("Przeglad Prawoslawny"), читают не одни только православные, ибо сообразно с концепцией журнала одна из его задач - информировать широкую общественность в Польше и за ее рубежами "о положении Православия" внутри страны и в мире.
    Тем не менее освещение жизни Православной Церкви в Польше, его судеб и современного состояния являются, пожалуй, основными для журнала. Успех журнала во многом зависит от работы в нем постоянных авторов, светских и духовных, живущих в различных уголках Польши и за рубежом, в том числе в Греции и США.
    В последнее время на страницах журнала особенно остро поднималась тема возвращения государством Православной Церкви Польши зданий знаменитого Супрасльского Благовещенского монастыря, основанного в конце XV в. известным семейством православных белорусских магнатов Ходкевичей. Православные Польши добивались возвращения им этой всемирно известной святыни еще в межвоенные годы. Однако тогда, в условиях постоянных гонений, реально рассчитывать на положительное решение они не могли. Супрасльский монастырь в те годы был передан в ведение католического Костела Польши, а после Второй мировой войны в нем разместился сельскохозяйственный техникум. Сейчас же, несмотря на решение вопроса правительством Польши в пользу православных, с протестом выступил Костел, поднялась кампания осуждения действий правительства со стороны польской католической иерархии и светских лиц - католиков, ратующих за невозвращение православным Супрасльского монастыря. Его Благовещенский собор - одна из жемчужин древней сакральной архитектуры Центрально-Восточной Европы - был варварски разрушен в период Второй мировой войны, а ныне постепенно восстанавливается Православной Церковью.
    Православное исповедание в католической Польше в обыденной, повседневной жизни все еще вызывает во многих гражданах реакцию далеко не нейтральную, порой враждебную. Этой теме на страницах журнала уделяется много места - в специальных обзорах текущей печати, высказываниях известных деятелей и рядовых граждан на радио и телевидении, специальных статьях, рецензиях, интервью. Дело еще и в том, что принадлежность к православному вероисповеданию связывается с конкретной национальностью, прежде всего украинской и белорусской, с восточнославянскими национальными меньшинствами. Судьбы их в прежней Польше оказались нелегкими, а сами они часто попадали в трагическое положение, не по своей воле не раз оказывались в ситуации конфронтации с государственными органами и даже основным населением страны. Эльжбета Добровольска в статье "Выйти за православного" (1995, № 6) отмечает: "Матери предупреждают дочерей и сыновей, чтобы они не раскрывали публично свою национальную и религиозную принадлежность. Так безопасней". И вот, "когда наступает время подавать документы в высшее учебное заведение, в графе "национальность" такой молодой человек или девушка, украинцы или же белорусы, пишут, что они "поляки".
    Большое место в журнале занимают публикации о молодежи и на молодежные темы, о мировом православном молодежном движении, православных молодежных братствах. Подобное неудивительно, ибо в Православной Церкви Польши светская молодежь играет очень заметную роль, а ее церковная активность - явление для Европы далеко не ординарное. С молодежным движением тесно связаны и православные паломничества по святым местам, школы иконописания, летние лагеря, конференции, спортивные состязания и многое другое. Православная молодежь Польши - один из основных исполнителей проекта помощи пострадавшим в ходе балканской трагедии, разработанной и осуществляемой основанным в Белостоке "Православным Комитетом Помощи Жертвам Войны в бывшей Югославии".
    Национальные вопросы внутри православного меньшинства Польши находят свое отражение практически в каждом номере журнала. Несмотря на то, что основной язык публикаций - польский, в нем постоянно присутствуют по две белорусскоязычных и две украиноязычных полосы, недавно появилась страничка на русском языке, печатается большое число статей о лемках. Проблема последних весьма болезненна для современной Польши, так как их, наряду с украинцами, в послевоенные годы насильно выселили с мест постоянного многовекового проживания в отрогах Карпат. Акция это носила военный характер, и говорить о ней долгое время запрещалось. Трудолюбивый народ, почти исключительно крестьянский, оказался в изгнании. И лишь теперь о трагедии лемков узнала вся Польша. В этом также немалая заслуга ежемесячно выходящей в Белостоке "Orthodoxii", готовящейся небольшим коллективом светских православных журналистов во главе с Евгением Чиквиным. В православном мире журнал этот, пожалуй, уникален. Ему удалось стать не только подлинно независимым, насколько такое возможно, православным периодическим изданием, но и настоящим архивом быстротекущей современности и совсем недавнего, порой трагического, прошлого, единственные свидетельства которого были им сохранены и обнародованы. К числу их принадлежат и уникальные материалы, касающиеся так называемой "Холмской трагедии 1938 г.", шестидесятой годовщине которой был посвящен июльский номер журнала за этот год. Юрий ЛАБЫНЦЕВ,
Лариса ЩАВИНСКАЯ (Москва)
   
Как католики уничтожали православние в Польше

Подробности невиданного в Западной Европе религиозного геноцида,
и почти неизвестного в России

    В межвоенное двадцатилетие Православная Церковь в Польше пережила три фазы экспансии католицизма, которая охватывала помимо Холмщины еще и Волынь, пишет в книге "История польско-украинских конфликтов" (Варшава, 1992. Т. 2.) Николай Сивицкий.
    В первой фазе (1919-1924), согласно тому, что сообщает профессор Мирослава Папежыньска-Турек ("Между традицией и реальностью: Государство и православие 1918-1939"), католики захватывали церкви не только на основании центральных или местных решений, но часто самовольно либо на основании решений властных органов католического Костела. При этом католическая общественность проявляла в то время особую активность.
    Власти сразу же после окончания войны закрыли 111 церквей, 50 разрушили и 150 реквизировали, чтобы устроить в них костелы. До 1924 года у православных было отнято около 500 церквей и до 20 тысяч гектаров церковной земли вместе с хозяйственными постройками.
    Годы 1929-1934-й - вторая волна наступления на Церковь: судебная борьба католического Костела за имущественные права на православные церкви. Католические епископы выставили 757 судебных претензий в окружные суды Бреста, Вильно, Гродно, Луцка, Пинска, Новогрудка и Ровно относительно передачи католикам в общей сложности 757 храмовых зданий...
    Епископы требовали также передачи им кафедральных соборов в Кременце, Луцке, Пинске, монастырей в Дермани, Вильне, Жировицах, Зимном, Корде, Кременце, а также Почаевской Лавры.
    Вторая фаза наступления католиков закончилась полным фиаско. Верховный суд счел подобный путь неподходящим для решения этой проблемы. Власти испугались религиозных волнений. Дело это получило широкую огласку в прессе. На него обратили внимание за рубежом. Украинская эмиграция организовала кампанию протеста в европейских странах, США, Японии. Все резолюции были направлены в Лигу Наций в Женеве.
    Несмотря на это, дело все же дошло до разрушения некоторых церквей. Люблинский воевода, как пишет М. Папежыньска-Турек, "начал плановую акцию уничтожения "лишних" церквей". Он планировал уничтожить 97 храмов. Однако ему удалось разрушить только 23 церкви из-за многочисленных протестов православных.
Третий этап борьбы с Православной Церковью начался в 1936 году, когда 11 декабря в Люблине был образован Координационный комитет под руководством генерала Мечислава Сморавиньского, целью которого являлось католическое религиозное наступление на Холмщине и Волыни, а также ликвидация церквей на Побужье.
План полонизационной операции был рассчитан на несколько десятков лет. Были выработаны инструкции для администрации, военных, учителей, духовенства, общественных организаций.
    В апреле и мае 1938 года были организованы собрания католической общественности, на которых были одобрены резолюции об уничтожении закрытых церквей. Одновременно были опечатаны некоторые действующие церкви.
Само разрушение церквей прошло быстро (потребовалось около двух месяцев), в июне и июле 1938 года. Было уничтожено 127 храмов - эту цифру профессор Папежыньска-Турек считает наиболее правдоподобной.
    Как пишет Николай Сивицкий, со стороны неправославных в Польше в защиту православных выступили только советский посол, протестовавший против нарушения Рижского мирного договора и его статей, касающихся религиозных и национальных прав в Польше, и греко-католический митрополит Андрей (Шептицкий), который в своем пастырском послании призвал прихожан и духовенство молиться за преследуемых православных Волыни, Холмщины, Подляшья и Полесья. Католический клир и папский нунций в Варшаве промолчали.
 

Холмский реквием
    Шестьдесят лет назад, в 1938 году, с середины мая до середины июля на Холмской и Люблинской землях, на Побужье, это случилось - одни христиане у других отбирали храмы, разрушали их, сравнивали с землей, иногда сжигали.
Любовь и свобода - знаки христианства. Любовь и свобода не могут сжигать, разрушать, убивать. Если так происходит, уничтожается христианство.
    Очень трудно сейчас установить в полном объеме размеры разрушений, сделанных тогда . Историки пишут о 127 разрушенных православных церквях. Люблинским воеводой тогда был де Трамекурт, под надзором которого проходила акция "изменения" ландшафта тех земель. Да, "изменения". В печати тех лет можно было прочитать фразу: "Пейзаж Холмщины, весьма своеобразный благодаря своим многочисленным церквушкам, часто замшелым и заброшенным, изменился. Исчезло несколько старых строений и прибавилось цветников".
    Тогдашний парламентарий Стефан Баран в своем депутатском запросе, сделанном летом 1939 года, сообщал, что из более чем трехсот церквей на тех землях для православных оставлено только 54. Иные стали костелами или "цветниками". Не разрушались лишь заброшенные церкви. А только что отремонтированные, прихожане которых еще не расплатились с долгами за ремонт, нередко построенные еще до Брестской унии 1596 года, памятники XVI века, деревянные и каменные, большие и красивые, разрушались до основания. Часто даже деревня вокруг церкви выкорчевывалась, дабы и следа ее не осталось.
Никакие мольбы не были способны остановить творящееся, сообщалось в меморандуме Собора Епископов Православной Церкви в Польше президенту Речи Посполитой, председателю Парламента и Совета министров.
    Почему мы пишем о той трагической весне и начале лета 1938 года?
    "Поднять руку на храм - Божий дом - это поднять руку на каждого из нас, на все христианское сообщество, на все человечество!" - восклицает в своем эссе Анджей Турчиньский. Пишем, так как не хотим, чтобы вновь была занесена рука над святыней, не хотим повторения, все равно каким образом, тех самых ошибок. Пишем об этом, так как не хотим, чтобы снова кто-нибудь использовал механизмы коллективной ответственности за всякое зло, которое случается в мире. Пишем, так как верим, что у Бога всякий человек самостоятельно отвечает за свой грех. 
Пишем об этом, но не судим. Ибо никто из нас не может судить о делах, которые подвластны суду Господа.
    Осторожно прикасаемся к болезненным местам, болезненным для тех, кто это разрушение, это уничтожение пережил как душевную драму, и для тех, кто все это исполнял. Ибо разве повсеместное замалчивание тех событий весны и лета 1938 года не является сталкиванием в небытие дурных поступков, недостойных человека? 
Тени уничтоженных храмов стоят над Холмской землей, пишет сегодня Лех Радваньский, поляк. И разогнать их может свет раскаяния, понимания и примирения. Для понимания, добавим, необходимы знания. Их-то мы и стараемся по мере возможности сообщить в этом номере. ОСТАЛАСЬ НАС ТУТ МИКРОСКОПИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ
    Из интервью Михаила Болтрыка с Его Преосвященством епископом Люблинским и Холмским Авелем
    - Владыка, вновь мы отмечаем печальную дату. Исполняется шестьдесят лет с момента разрушения церквей в Польше в 1938 году. Пожалуйста, расскажите о тех событиях.
    - Церкви разрушали начиная с 1918 года и до 1939-го, до начала войны. Это делалось с ведома и позволения тогдашних польских властей. Множество церквей было превращено в римо-католические костелы. Некоторые из них и по сей день благодаря своей архитектуре напоминают восточные храмы. Однако в большинстве случаев новые их хозяева постарались о замене характерных архитектурных черт Православного Востока на латинские, не соответствующие конструкции того или иного здания. Апогей тех событий пришелся на лето 1938 года. Уничтожались, с потерей для истории польского народа, даже такие церкви, которые были построены еще до Брестской унии. Ведь пробовали даже разобрать церковь в Щебжешыне 1589 года. После уничтожений, аннексий, оккупационного террора и акции "Висла" в нашей Люблинско-Холмской епархии в этой древней огромной епархии осталась микроскопическая часть православного населения.
    - Живы ли еще православные священники - свидетели тогдашнего варварства?
    - Не многие. Три года назад в Милейчыцах умер седой старец - о. Петр Пилуц. Он родился в Тышовцах на Замойщине. Был настоятелем в Грабовце, Кобыланах, Милейчыцах и на Грабарке. Свидетелем тех событий является архидиакон Никон (Потапчук). Он многое выстрадал тогда в Костомлотах, где был псаломщиком.
    - Наверное, осталось больше светских людей, свидетелей тех событий?
    - Сотни таких людей еще живы. Но они разбросаны по разным местам. Очень многие из них покинули Польшу во время так называемой репатриации в 1945 году. Сегодня многие историки тенденциозно называют это добровольными выездами. А на самом деле это было насильное выселение. Те люди в 1938 году были свидетелями разрушения их церквей. Пережили оккупационный террор. Террор с отходом немцев вовсе не уменьшился. Так, из опасения за свою жизнь многие решались на выезд на Украину. Таким образом, в 1945 году выехало 65 процентов православных. Польские подпольщики жестоко расправлялись с этими людьми. Подобная судьба постигла село Вержховины. Там было убито двести православных. Каждый год в воскресенье, после шестого июня, мы служим панихиду. Там собираются наши прихожане из Холма, Влодавы, Люблина. Вержховины - это символ трагедии Холмщины.
    - Откуда взялась эта ненависть у людей, которые ранее могли жить рядом в относительном согласии?
    - Римо-католическая общественность никогда не хотела смириться с фактом возрождения Православия после ликвидации унии на этих землях. Ведь давние униаты возвратились в лоно Церкви своих предков. Но даже и сегодня с этим не согласны некоторые историки. Всё пишут о "загоне" казаками униатов в Православие. Но при этом не хотят вспоминать о насильственных способах, которыми пользовался фанатик униатства Иосафат Кунцевич, о том как мечом насаждал католичество Анджей Бобола. Недавно в римо-католическом "Эхе Подляшья" появилась статья, представляющая его как экумениста-практика. И за это будто бы римо-католический костел прославил его.
    - Это давние времена. А межвоенная Польша? Страна демократичная, христианская...
    - Сразу после стабилизации политической ситуации в Польше предвоенной иерархия римо-католического костела, прежде всего епископ Хенрик Пжездзецкий и епископ Пулман, начали приготовления к введению неоунии. Костел давал понять, что не соглашается с присутствием Православия на польских землях. Государственная власть способствовала этому. Это был своеобразный политический инструмент. Ныне от той неоунии остался один приход в Костомлотах на Подляшье. Если бы все приняли неоунию, наверное, не было бы разрушения церквей в 1938 году. Однако ничего из этого не вышло. Обратились к иным способам - уничтожению церквей. Во время войны терроризировали этих людей, после войны то же самое. Финалом была операция "Висла" в 1947 году.
    - Сегодня Польша входит в европейские структуры. Много и часто говорится о польско-украинском примирении. Что должны сделать власти, официальные круги Польши, думая о 1938 годе?
    - Это сложные проблемы. В прошлом году был печальный юбилей операции "Висла". Думал, что в демократической стране, каковой является Польша, можно сказать, особенно людям с Холмщины и Подляшья, которые ни в чем и ни перед кем не повинны: "Просим прощения". К сожалению, на съезд украинцев в Варшаве не приехал никто из первых рядов властных политических структур. Никто не отважился сказать: "Просим прощения". В результате зло, причиненное ранее народу, живет и является тяжелым грузом и препятствием при вхождении в нормальные европейские структуры. 
    - Владыка, период межвоенного двадцатилетия и первые годы после Второй мировой войны - время великого мученичества Православия в Польше. Думает ли наша Церковь о канонизации мучеников?
    - На одном из заседаний Священного Синода епископы нашей Церкви занимались этим вопросом. Принято постановление о начале работ, подготовляющих канонизацию мучеников Холмской земли. Это сложная проблема. Во время оккупации и сразу же после войны доходило до больших трагедий. Священник Александр Кагань, настоятель прихода Липины возле Билгорая в гмине Горный Поток, был убит 2 сентября 1948 г. Он даже не был украинцем по национальности. Тогда же с ним вместе был убит псаломщик Димитрий Левицкий. О. Александр Марцинкевич, настоятель прихода Шевни возле Замостья, убит 13 сентября 1943 г. О. Павел Швайко, настоятель из Грабовца, погиб на Успение 28 августа 1944 г. Священника Льва Коробчука убили 10 марта 1944 года в возрасте 26 лет. Он был настоятелем прихода Ласкув возле Грубешова. Священник Николай Голец убит 2 апреля 1944 г. Ему вырезали язык, уши и еще живому отрубили голову. Настоятель прихода Слипче возле Грубешова о. Александр Хуторкевич погиб 10 апреля 1944 г. вместе с 18-летней дочкой и находившимся в их доме священником Иоанном Панчуком и матушкой Евгенией, 22 лет от роду. 10 апреля 1944 г. в селе Чартковец возле Замостья убили священника Петра Огрызко, выведя его в облачении прямо со службы. Затем его тело сожгли. 28 мая 1944 г. в селе Пореспа возле Тышовец задушили священника Александра Бобера, матушку и их сына. 8 мая 1944 г. был убит выстрелом в голову священник Сергей Захарчук. Матушка его еще жива, живет на Украине возле Луцка. 1 августа 1944 г. убили священника Иосифа Короткевича из Сопоцкого Майдана возле Замостья.
    Перечислил православных клириков, но ведь погибло и множество мирян.
    Нужно много времени и труда, чтобы собрать материалы, свидетельствующие о том, что эти люди отдали свою жизнь за дело Церкви и Святого Православия.